В последние дни в мировой политике вновь обострилось внимание к отношениям между США и Китаем на фоне эскалации конфликта на Ближнем Востоке, напряженности вокруг Ирана и продолжающейся войны России против Украины. Визит Дональда Трампа в Пекин и его переговоры с Си Цзиньпином рассматриваются как попытка переформатировать глобальный баланс сил, в частности на фоне экономических трудностей в США и внутриполитического давления. Параллельно Китай усиливает свою роль как ключевого игрока в вопросах энергетики, торговли и безопасности, в частности благодаря влиянию на Иран и контролю над критически важными ресурсами.
Интернет-издание From-UA.org попросило прокомментировать геополитическое значение встречи Трампа с Си Цзиньпином известного политика, народного депутата Украины III и IV созывов Степана Гавриша:
— Перед поездкой в Пекин к Си Цзиньпину Трамп за одну ночь опубликовал в Truth Social 54 твита — самые разные, связанные как с реальностью, так и совершенно далекие от нее. План состоял в том, чтобы приехать в Пекин к Си Цзиньпину как президент самой сильной страны мира, победившей Иран, где у Китая чрезвычайно большие интересы и договор на 21 год с суммой инвестиций в 350 млрд долларов, которые Китай не может вкладывать из-за войны США и Израиля. Именно тупик в этой войне с Ираном заставил Трампа ускориться и максимально постараться убедить Си Цзиньпина стать его союзником в создании определенного альянса. Это позволило бы на двуполярном уровне начать процесс восстановления фрагментации мира, которая сейчас ускоряется из-за войны Путина в Украине и из-за войны США и Израиля в Иране.
Дело в том, что именно эта ситуация вызвала колоссальный кризис. Демократы, которые практически ничего не делают и пока не имеют четкой идеологии «будущей Америки», в настоящее время опережают республиканцев перед ноябрьскими выборами в Конгресс на 15 пунктов — 55% против 40%. Это больше, чем было месяц назад. Рейтинг недовольства Трампом довольно высок. Его экономической политикой недовольны 62%, и столько же людей не поддерживают войну с Ираном. Инфляция ускорилась до 3,8%, чего уже давно не было в США. Галлон бензина подорожал до 4,5 доллара, а дизель стоит 5,65 за галлон. Это злит американцев, они не уверены, что Трампу удастся что-то изменить.
Итак, Америка сейчас «лежит на боку», и подняться самостоятельно ей будет чрезвычайно трудно. Поэтому Трамп отправился в Китай для расширения сотрудничества с этой страной и, собственно, реорганизации китайского рынка, который до этого оказался в кризисе из-за введенных им же тарифов. При этом Китай сегодня контролирует поставки 90% редкоземельных металлов и магнитов, которые крайне необходимы для высокотехнологичных компаний США. Нужно смотреть, кто поехал с Трампом — с ним отправились все ключевые игроки Кремниевой долины. Совокупная капитализация компаний этих участников (включая Маска и других) составляет примерно 16 трлн долларов, что равно 2/3 китайского ВВП. Трамп демонстрирует эту мощь Китаю, но с другой стороны — одновременно говорит о сотрудничестве.
Какова цена этой поездки для США? Во-первых — это, без сомнения, широкое и масштабное торговое соглашение, которое должно устранить как можно больше барьеров для возвращения американских компаний в Китай, а с другой стороны — расширение торговли, которое не будет дискриминационным по отношению к Китаю (на чем настаивает Пекин). Вторая проблема — Тайвань. Этот вопрос является ключевым, несмотря на то, что Трамп поднимал вопрос об Иране. Китай сделал жесткое заявление: его МИД прямо написал, что в случае, если американцы будут помогать Тайваню (а Трамп еще не принял решение о продаже Тайваню оружия на 11 млрд долларов, собираясь сделать это после возвращения), то это может завершиться столкновением между Китаем и США. Это впервые подобное прозвучало со стороны Китая, такого никогда не было. Это еще раз свидетельствует о том, что позиция Трампа чрезвычайно слаба.
Третья позиция — Иран. Учитывая, что Пекин является одним из ключевых партнеров Тегерана, Трамп просил его содействия, чтобы совместными усилиями положить конец этой войне. Трамп готов это сделать, но у него нет вариантов действовать на условиях Ирана. Ему нужен компромисс, чтобы он мог объявить некую «победу», которую подчиненные ему СМИ смогут подавать как невероятный успех и прекращение «девятой войны», которую он сам и начал. В совместном заявлении Трамп и Си Цзиньпин отметили, что недопустимым является блокирование Ормузского пролива и обладание Ираном ядерным оружием. Можно сделать вывод, что в определенной степени китайцы готовы содействовать завершению этой войны. Другое дело, что мы не знаем формулу перемирия и будет ли она действительно совместной.
Следующий вопрос — цены на энергоресурсы. Китай согласился покупать у США нефть и газ, но настаивает на свободном проходе через Ормузский пролив, чтобы за него не взималась плата, поскольку это будет тормозить торговлю со странами Персидского залива. На сегодняшний день неясно, насколько успешной была миссия Трампа. Также непонятно, готов ли Китай разделить с США мир на двоих, сделав его двухполярным. Американцы предложили это впервые, и при этом Россия вообще не упоминалась как сверхдержава.
Вопрос об Украине в разговоре затронут был минимально, он не стал темой для совместных действий Китая и США. Но есть одна деталь, важная и для нас: Трамп и Си договорились, что большинство вопросов не будут официально обнародованы. Поэтому мы можем лишь оценивать результаты визита, в ходе которого Трамп метафорически восхвалял Китай и дружбу с Си. Для Пекина ключевым остается Тайвань — они требуют отказа от поддержки Тайбэя и прекращения продажи оружия.
Диалог будет продолжаться. Не случайно китайцы разрешили приехать Марко Рубио, изменив иероглифы в его фамилии, ведь он находится под санкциями. Следующие переговоры, скорее всего, будут проходить между Рубио и Ван И. Для Си Цзиньпина крайне важно иметь надежные отношения с Трампом, поскольку в следующем году он попытается переизбраться президентом Китая (сейчас там продолжаются крупные чистки, в частности вынесен смертный приговор бывшему министру обороны).
Главная проблема заключается в том, отреагирует ли на эти переговоры Кремль. Судя по вчерашней атаке на Украину с использованием огромного количества дронов и ракет, которая продолжалась всю ночь, Путин демонстрирует свою силу обеим сторонам. Он не собирается отступать.
— Не преувеличивают ли украинские блогеры и журналисты, когда пишут, что Трамп отправился к Си Цзиньпину потому, что сам не справляется с Путиным и хочет оказать на него давление через Пекин, чтобы договориться с Зеленским?
— Я думаю, что эта тема для Трампа была второстепенной. Если она и обсуждалась, то в закрытом режиме. Мы не видим никаких фактов, которые заставили бы Трампа договариваться с Си Цзиньпином о прекращении войны Путина против Украины. Его интересует исключительно скорейшее окончание войны с Ираном, поскольку скоро в США состоится Чемпионат мира по футболу, затем 250-летие основания Америки, а дальше — выборы в Конгресс.
Тем более что Конгресс постепенно начинает бунтовать. Позавчера резолюцию о поддержке Украины на 9,3 млрд долларов поддержал 218-й конгрессмен-республиканец, который стал независимым, и теперь без Джонсона эта резолюция может быть принята. Если Трамп подпишет этот закон, это будет означать, что он заинтересован в этой войне. Скорее всего, он этого не сделает.
Для Трампа сегодня крайне важно найти выход из кризиса с Ираном. У него на столе два варианта, и оба сложны. Первый — заблокировать Ормузский пролив, что поднимет цену на нефть до 200 долларов. Тогда за войну будет платить весь мир, а ответственность будет нести не только Америка. Второй выход еще хуже — наземная война, для которой потребуется до 1 миллиона военных и колоссальные потери, превышающие все войны от Кореи до Афганистана.
Итак, у Трампа нет вариантов. Ему нужно либо согласиться на капитуляцию, либо найти компромисс с Пекином, «заплатив» Тайванем или иным образом. Китайская пресса уже пишет о тупиковых стратегиях американских компаний, предлагая свою, более эффективную стратегию, похожую на украинскую дронную войну. Поэтому, я думаю, для Трампа Украина сейчас находится на 10-м месте среди всех вызовов. Он пытается сохранить свое президентство и обеспечить Республиканской партии хоть какой-то результат, чтобы она не потеряла влияние в политике на десятилетия.
