Эскалация на Ближнем Востоке и морская блокада Ормузского пролива угрожают мировым энергетическим рынкам, однако Китай оказался хорошо подготовленным к этому кризису. Благодаря заблаговременным запасам и разветвленной сети наземных трубопроводов, Пекин не только не ощущает дефицита, но и использует ситуацию для ценового давления на экспортеров.
Об устойчивости китайской экономики в условиях войны рассказал аналитик Игорь Тышкевич в эфире с политологом Юрием Романенко.
Обсуждая влияние ближневосточного конфликта на КНР, Юрий Романенко отметил, что Китай заранее накопил около 140 миллионов баррелей нефти, чего стране может хватить на несколько месяцев автономного существования. Игорь Тышкевич подтвердил это и добавил, что Пекин продолжает получать нефть из диверсифицированных источников, несмотря на санкции и военные действия.
"Если мы говорим о Китае, во-первых, часть венесуэльской нефти, насколько я понимаю, она идет в Китай, пусть мало, но идет", — отметил аналитик.
Главным преимуществом Китая в условиях невозможности танкерных перевозок из Персидского залива является наличие прямого сухопутного сообщения с Ираном. В отличие от стран Запада, зависящих от морских путей, Пекин продолжает получать сырье по трубам.
"Вторая составляющая — если мы говорим об иранской нефти, она идет по трубопроводам. Трубопроводы работают, и это одна из причин, почему Китай все равно останется импортером иранской нефти", — подчеркивает Тышкевич.
По его словам, наземная инфраструктура надежно защищена от текущих угроз морской блокады.
"А когда у тебя есть нефтепровод, ну логично, что это, условно говоря, труба, которая идет по пескам или вообще закопана в землю, ты по ней просто качаешь, было бы электричество. То есть на данный момент импорт нефти из Ирана в Китай Китай не прекращал", — подчеркнул эксперт.
В ответ на недоумение ведущего относительно наличия прямых нефтепроводов, Тышкевич уточнил их маршруты: "Там есть два старых и есть еще… То есть по трубам они качали, это уже 3 года как они через Иран-Пакистан, там у них был кусок в 700 километров".
Он также привел конкретные расчеты, демонстрирующие энергетическую безопасность Пекина даже в условиях частичной блокады: "То есть, условно говоря, в пределах 80 миллионов тонн они гонят трубой, остальное они гонят танкерами. 8-10 миллионов тонн умножено на свои запасы — ну, в принципе для них это все нормально. То есть с этим как раз-таки я не вижу проблем для них".
Кроме того, эксперт указал на важную роль пакистанской инфраструктуры, в частности порта Гвадар, в дальнейших схемах экспорта: "Ну тут как раз-таки посмотрим на отношения с Пакистаном, то есть этот порт может стать ключевым для экспорта, но тут опять-таки есть множество вопросов".
Более того, изоляция Ирана и России на мировых рынках играет на руку Пекину. Статус единственного крупного и стабильного покупателя позволяет Китаю диктовать свои условия поставщикам, оказавшимся под ударом.
"Вопрос лишь по каким ценам, — резюмирует Тышкевич. — Потому что сейчас как с Россией, так и с Ираном Китай выкручивает руки, добивается удобных для себя цен".
Таким образом, пока коалиция во главе со США тратит ресурсы на военную кампанию, а мировые рынки лихорадит от неопределенности, Китай остается в выигрышной позиции, гарантируя свою энергетическую стабильность и скупая подсанкционное сырье со значительными скидками.
