2021-й станет годом, когда Европе наконец придется жить без Ангелы Меркель. Осенью канцлер Германии завершит свою работу после более чем 15 лет во главе правительства страны и по меньшей мере десятилетия в роли неоспоримого лидера континента. Эти изменения несут в себе определенные риски.
Об этом пишет Politico, объясняя, что опасность не связана с тем, кто заменит Меркель, информирует UAINFO.org.
Она вытекает из того вакуума, который немецкий канцлер оставит после себя в Европе. Несмотря на преувеличения некоторых комментаторов, все желающие заменить Меркель: Армин Лашет, Фридрих Мерц, Норберт Рьоттген, Маркус Зедер и Йенс Шпан, – представители мейнстрима. Хотя некоторые из них более консервативны и имеют более острые углы, чем другие.
Важнее то, что коалиция, которая родится после выборов в сентябре, скорее всего, будет "черно-зеленой". То есть она будет состоять из союзных партий ХДС/ХСС и партии "Зеленых". В общем, это будет хорошая новость для Германии и для Европы. Но в короткой и средней перспективе конец работы Меркель создаст большой пробел, который ни один лидер ЕС не способен восполнить.
Президент Франции Эммануэль Макрон точно попробует, но без Меркель или маловероятного нового сильного партнера в Берлине он не добьется успеха. Макрон более сомнительный деятель с очень амбициозными, но спорными идеями по реформе ЕС. Ему будет тяжело договариваться о деликатных компромиссах, на которых и выстроен Евросоюз. Он менее склонен к такому.
Читайте также: Крістоф Штрак: Коронавірус – остання битва Анґели Меркель
Это сильно контрастирует с ловкими политическими навыками действующего лидера Германии, которые были хорошо заметны в конце прошлого года. Благодаря лидерству Меркель, немецкое председательство в ЕС смогло в определенной степени дать старт экономическому восстановлению Европы. В частности, было заключено ключевое соглашение о выделении 750 миллиардов евро для фонда восстановления, хотя Польша и Венгрия решительно воспротивились этому.
Меркель также смогла договориться о торговом соглашении с Великобританией и об инвестиционном договоре с Китаем. Оба документа ценны благодаря более широкому политическому и стратегическому сотрудничеству, которое они дают. Если кому-то этого не достаточно, Меркель также смогла обновить климатические амбиции ЕС и цели по сокращению вредных выбросов к 2030 году.
Немалый пласт критики навис над немецким канцлером и ее компромиссами. Больше всего ее осуждают за то, что промышленные интересы внутри ХДС заставили Меркель снова "прогнуться" перед авторитарными лидерами в Варшаве, Будапеште и Пекине. В определенной степени это справедливая претензия. Но критики Меркель не обращают внимание на недопустимые последствия или цену альтернативных сценариев.
Для примера, Politico предлагает рассмотреть ситуацию с фондом восстановления ЕС после кризиса коронавируса. Если бы Меркель давила на Варшаву или Будапешт слишком сильно в вопросе верховенства закона, это могло бы укрепить популистов и ультра-националистов в Польше и Венгрии как раз в тот момент, когда они начали слабеть. Отлучение стран-участниц от финансирования ЕС создало бы большой раскол в организации, который бы создал возможности для Китая и России.
Единство ЕС могло бы столкнуться с еще большим испытанием, поскольку экономическое восстановление сократилось бы. Без надежной фискальной поддержки со стороны союза Европейскому центральному банку пришлось бы иметь дело с еще большим давлением. А периферийным экономикам пришлось бы залезть в большие долги, чтобы начать рост. Все это было бы куда более высокой ценой. Поэтому Мекерль сделала правильно, что не пошла таким путем. Тем более, новый инструмент ЕС в сфере защиты верховенства закона со временем позволит Брюсселю жестче разобраться с коррумпированными лидерами, которые презирают европейские ценности.
Смог бы Макрон найти самостоятельно все эти решения? Точно нет! Но без президента Франции многие из этих идей никогда бы не появились. Идею о создании фонда восстановления предложил Париж. Фактически она в определенной степени повторяла предложение о "бюджете еврозоны", которое было главным приоритетом Макрона в европейской политике после победы на выборах в 2017 году.
Аналогичным образом, "стратегическая автономия" – интеллектуальная инициатива Парижа относительно независимости и геополитического веса ЕС – заложила фундамент для недавних договоренностей блока с Китаем. Аахенский договор за январь 2019 года, обновивший франко-германское Елисейское соглашение от 1963 года, обязывает Францию и Германию "укрепить сотрудничество и интеграцию".
Конечно, можно заметить, что Brexit, Дональд Трамп и пандемия коронавируса повлияли на взгляды Меркель не меньше, чем французский президент. Но канцер ясно видела необходимость отойти от старого германского баланса между Атлантикой (НАТО) и Восточной Европой/Москвой. Нужны более прочные связи с югом Европы, в частности с Италией и Испанией, а также с Францией.
Читайте также: Сергей Гармаш: Москва потерпела дипломатическое поражение, Путин "признал" это в разговоре с Меркель
Можно сказать, что Макрон одержал победу там, где его предшественники Николя Саркози и Франсуа Олланд провалились. Но дело отчасти в том, что у него было европейское стратегическое видение, которое он предложил немцам как раз тогда, когда они видели потребность в таких идеях. А не только запрос на финансовую поддержку Германии.
Но хоть Макрон и рассчитывает стать главной силой в Европе после Меркель, в реальности ему, как никогда, нужен будет благосклонный партнер в Берлине. И это то, что он не контролирует. Самый большой страх Макрона-появление канцлера, который изо всех сил нажмет на европейские тормоза и начнет сдавать назад. И в определенной степени этот страх оправдан. Новый лидер Германии точно будет неопытным, учитывая перечень кандидатов. И он, скорее всего, будет больше поглощен внутренней немецкой политикой и управлением коалицией, чем Меркель. ХДС и "зеленые" никогда раньше не были партнерами. И в вопросе Европы они, скорее всего, будут вести себя осмотрительно.
Более того, собственная энергия и усилия Макрона в 2021-м будут поглощены внутренним экономическим кризисом, а также кризисом в сфере здравоохранения. Вдобавок, когда новый лидер Германии, наконец, сможет действовать, Макрону придется пройти через собственные президентские выборы весной 2022 года. Это станет гарантией, что Париж и Берлин будут какое-то время пассивными. А значит, Европа в течение 12-15 месяцев будет под неэффективным управлением.
Підписуйся на сторінки UAINFO у Facebook, Twitter і YouTube
