КИЕВ. 26 февраля. УНН. С марта будет год, как в Украине официально стали фиксировать случаи смертельного вируса COVID-19. Украина не первая страна в цепочке пандемии, но в отличие от многих ей удалось пережить первый год лучше других. Как так получилось, УНН вспоминал вместе с врачами и всемирно известным эпидемиологом.
Первое, что нужно отметить: Украина явно не была готова к любым эпидемиям. Как раз накануне были разрушены все санэпидслужбы страны, поэтому отслеживать и контролировать коронавирус, как и проводить противоэпидемические мероприятия по сути было некому. Вредительство связывают с бывшим и.о. министра здравоохранения Ульяной Супрун и даже называют его преднамеренным. Так ли это — точно не скажет никто, но факт остается фактом — Украина встретила пандемию в условиях страшной разрухи системы здравоохранения.
Наверное поэтому единственным правильным решением власти сначала эпидемии было ввести полный карантин. За это время планировалось не только разорвать цепочку передачи вируса, но и подготовить страну к пандемии: обеспечить больницы минимальным запасом того, что необходимо для выживания людей. Все решения власти тогда, как и сейчас, подвергались суровой критике как со стороны общественности, так и оппозиции. Но это нормально, говорит международный эксперт в сфере здравоохранения и эпидемиологии, профессор, доктор медицинских наук, и президент компании DiaPrep System Inc. (США) Михаил Фаворов.
"Быть министром здравоохранения в период пандемии — это работа камикадзе. Никогда ни один министр не пережил ни одной серьезной вспышки инфекции положительно, потому что всегда министр будет виноват, что бы там не было. Система здравоохранения в Украине не была готова к случившейся пандемии, а раз система не готова, то отдельные личности мало что решают. Никто не может изменить систему в то время, когда идет эпидемия. Поэтому я искренне сопереживаю министру Максиму Степанову, сочувствую ему, это очень сложная позиция, и я считаю, что он прошел ее очень прилично, потому что Украина показала очень приличные данные", — сказал он.
По словам Фаворова, он анализировал как развивалась пандемия в мире, в больших странах, и он уверен, что есть доказательства, что "Украина выглядит приличнее, чем многие европейские страны". Самая тяжелая ситуация из сопоставимых по численности населения стран была в Бельгии. Там, на сегодняшний день погибло около 20 (18.9) человеу на 100 000 наседения — это объясняется многими объективными факторами, например, там высокая плотность населения и, что особенно важно, пожилого населения, которое наиболее подвержено осложнениям и смертям от COVID 19. В Украине показатель смертности составил 5.8, что в 3.3 раза меньше, чем в Бельгии. Такое различие более чем значимо при проведении эпидемиологического анализа.
"Украина сделала все, что рекомендовала ВОЗ. Она относительно хорошо прошла эпидемию, и в этом есть заслуга правительства. Но не только это определило развитие эпидемии в стране. Необходимо учитывать возраст, плотность населения и другие природные факторы", — объясняет Фаворов.
Украинцев спасали на руинах системы здравоохранения и руках самоотверженных врачей
"Большую роль сыграли в этом врачи. А еще министерство здравоохранения и министр, которые не продолжили разрушать санепидемсистему, которую разрушили предыдущие. Но они не успели полностью реализовать вторую волну медреформы (также решение команды Ульяны Супрун — ред.) и благодаря этому мы смогли сохранить количество коек, к которым сегодня сверхвысокими темпами присоединяют кислород. В Европе, например, очень маленький фонд коек. Они два-три дня лежат и все, дальше амбулаторно. Поэтому им приходилось разворачивать госпитали на стадионах. Помогло украинцам и то, что наши критерии госпитализации все-таки немного отличаются от европейских. Но главное, в Украине был сначала свой протокол лечения, поэтому такая летальность.
Мы благодарны Министерству здравоохранения, оно поддерживает профессионалов, работающих в этой сфере. Мне очень приятно, что уже и в ЕС признают, что у нас лучше ситуация", — рассказывает Лариса Мороз, член "Всеукраинской ассоциации инфекционистов".
Без самоотдачи врачей и поддержки министерства Украина бы имела значительно хуже позиции, считает врач-инфекционист Игорь Гайдук.
"Я бы на первое место поставил это в заслугу врачей, имеющих прямой контакт с больными. От их старания, труда и внимания зависит конечная судьба людей.
Ну и конечно организация, помощь в этом и своевременность — это заслуга министра здравоохранения и его ведомства. Они действительно нарастили количество коек с кислородными концентраторами, стараются. Поэтому и такие показатели.
Но расслабляться не стоит, это не конец. Надо мобилизоваться и продолжать в том же духе", — подчеркнул врач.
Символично, но именно к условной годовщине COVID-19 в Украину привезли долгожданную вакцину.
Первые поставки — это так называемая "оксфордская вакцина" — разработка Оксфордского университета и AstraZeneca, производства Индии. 23 февраля грузовой борт с 500 тыс. вакцин приземлился в Украине, сообщил министр здравоохранения Максим Степанов.
В обществе сейчас активно дискутируют на тему эффективности той или иной вакцины. Но как говорит международный эпидемиолог Михаил Фаворов, на этот вопрос можно будет ответить только через пару лет. Сейчас же главный вопрос каждой страны — иметь свою вакцину.
"Я об этом говорил и с Президентом Украины: каждая страна должна иметь свою вакцину в период пандемии. Если у вас нет своей вакцины, то вы вечно будете иметь проблемы с ее получением. Для Украины нужно грубо говоря (абсолютно средняя потолочная цифра) 30 миллионов доз. Вы понимаете, это огромная величина, которую нужно сделать и доставить", — подчеркнул Фаворов.
Он также добавил, что сегодняшние вакцины эффективны только к этому штамму коронавируса. Но он как грипп — мутирует, идет от антител и с каждым годом будет видоизменяться, оставаясь при этом с нами надолго.
"Эпидемия гриппа в 1919 году была такой же как COVID-19 сейчас. Эпидемия закончилась, но вирус никуда не делся", — напомнил Фаворов.
Как изменилась система здравоохранения Украины за год
Пандемия COVID-19 раскрыла проблемы мировой системы здравоохранения. Ни одна страна не была готова к этому. Ни одна система не доказала свою эффективность, будь она страховой или нет. Оказалось, что Украине нужно не 3500 койко-мест с кислородом, как было в начале эпидемии, а 60 000 и более. Ухудшило ситуацию и то, что в 2016 году бывшая и.о. министра здравоохранения Ульяна Супрун, которая покинула Украину во время эпидемии, отменила действующий приказ о нормативном количестве койко-мест в больницах, что фактически привело к их сокращению. Весь этот год "заминированная" система здравоохранения Украины держалась, скорее, на энтузиазме людей и помощи добродетелей. Бизнес Украины, от малых до крупных, с самых первых дней стал скидываться на срочную закупку дефицитных аппаратов ИВЛ и защитных костюмов для медиков, чем также оказал существенную поддержку. Между тем Минздрав увеличивал количество лабораторий для тестирования, койко-мест с кислородом, закупал тесты, оборудование, препараты, средства защиты для врачей — все то, чтобы выжить.
